Чаромора и капитан Трумм (Остров Чароморы. Фильм второй)
Нажмите для просмотра

Чаромора и капитан Трумм (Остров Чароморы. Фильм второй)

0
(0 голосов)12345

Диафильм, 39 кадров Код для вставки:

195 просмотров Код для liveinternet.ru:

Чаромора снова вернулась на остров. Она до блеска отмыла свой дом, все крынки и горшки наполнила шиповником и орехами, а в большой кадке засолила грибы — маленькие коричневые горькуши.
Справившись со всеми делами, Чаромора вымыла и расчесала волосы, надела новый в красную клетку передник. Каждый вечер теперь колдунья сидела на прибрежном камне и глядела на море. Она ждала.
Но только когда море сковал первый, еще тонкий лед, она увидела того, кого ждала так терпеливо и долго. Из снежного бурана показался смертельно усталый Трумм. Он вытащил из-за пазухи завернутые в бумагу цветы и протянул их Чароморе. То были последние нежные соцветия валерианы.
— Я уже старый человек, а дорога к тебе была такой длинной и трудной, — сказал капитан Трумм, когда они уже сидели перед очагом, где жарко догорали сосновые шишки, и пили обжигающе горячий чай из шиповника.
— Но если говорить на чистоту, я пришел просить твоей руки и сердца.
Темные и вьюжные зимние вечера Чаромора и капитан Трумм проводили у пылающего очага. Трумм не уставал напоминать Чароморе, что пора бы ей сесть за научную книгу о травах.
И вот однажды Чаромора обмакнула перо в чернила и написала «Травник». Свою книгу она начала с того, какую пользу приносят пары, образующиеся при заваривании целебных трав. Пар правильно заваренных трав, уверяла она, облегчает любой недуг.
Как-то утром они решили навестить дом Трумма. Надели коньки и двинулись в путь по льду через море. Бег на коньках приятно бодрил Чаромору и капитана, и они неслись во всю мочь.
Прибыв на место, они увидели, что почтовый ящик доверху набит письмами. А часть писем, не уместившаяся в ящике, лежала грудой на лестнице. И все они адресованы Чароморе.
Милая Чаромора! Я очень несчастна и никому не нравлюсь, ведь у меня круглое как блин лицо и ужасно большой рот. Только вы и можете мне помочь и сделать меня счастливой. Или я утоплюсь в море.
Перво-наперво Чаромора решила проведать эту девушку. Она вошла в дом и тут же очутилась в шумной свадебной сутолоке. Во главе стола сидели жених и невеста. Лицо невесты походило на полную луну, сидевший рядом жених не сводил с нее влюбленного взгляда. «Ну, милая, кто-кто, а ты топиться не побежишь!» — усмехнулась Чаромора, глядя на невесту.
Дядя невесты оказался прекрасным танцором. Он выделывал вместе с Чароморой такие фигуры, что у той замирало сердце. В танце Чаромора была гибка, как лоза, и легка, как бабочка.
Теперь колдунья шла по письму маленькой девочки.
«Дорогая Чаромора! Моя бабушка тяжело заболела, и она совсем больше не видит. Папа сказал, что ей уже ничего не поможет. Но я надеюсь, что ты сможешь помочь.»
Изо дня в день Чаромора прилежно ходила к бабушке, давала ей капли и смазывала глаза мазью, и вот однажды бабушка вдруг ясным голосом сказала:
— Я вижу… И как же ты выросла, внученька!
Много дней Чаромора металась по городу — она лечила и врачевала. Чародейка вылечила девять человек от сахарной болезни и десять — от воспаления легких. Шестеро глухих теперь слышали каждый шорох, а восемь немых болтали дни и ночи напролет.
Вскоре Чароморе вообще невозможно было показаться на улице: ее тут же окружала толпа восхищенных людей, требовавших, чтобы чародейка продемонстрировала свое искусство. В конце концов такое внимание до смерти надоело колдунье.
— Очень уж трудно становится в этом городе, — пожаловалась она капитану Трумму. — Вернемся-ка лучше домой.
Трумм охотно согласился. Он тоже тосковал по тишине и покою острова. И вечером они отправились туда, прихватив с собой моряцкий сундучок, куда Трумм упаковал все свои рисовальные принадлежности.
Весь конец зимы Чаромора и капитан Трумм работали над книгой. А потом дело застопорилось: на остров пришла весна.
Однажды утром они проснулись от странных звуков. — Лебеди! — воскликнула Чаромора. — Они спускаются на остров. Большие белые птицы заполонили все побережье, море и небо.
Капитал зачарованно смотрел на лебедей. Ничего подобного он никогда не видывал. Он даже не осмеливался подойти к Чароморе — такими удивительными казались чародейка и прекрасные горделивые птицы. Чаромора ходила меж лебедей, гладила им перья, что-то им говорила.
Трумм был коренным горожанином и никогда еще не видел, как просыпается весной природа. И теперь это весеннее пробуждение природы полностью захватило его. Когда же он увидел первую бабочку, то совсем потерял голову и, как мальчишка, целый день бегал за ней.
Вечером капитан достал карандаши, краски, кисти и принялся рисовать. Он рисовал почки и сережки на деревьях, бабочек и букашек, стебельки травинок и, конечно же, голубое море и небо. Трумм прямо-таки ошалел от буйства красок и света, от запахов и голосов весны.
А потом произошло ужасное: на рифы село большое, груженное мазутом судно. Из огромной в корпусе судна дыры пенящейся струей вылился мазут и все шире и шире расплывался по всей поверхности моря.
Капитан Трумм стоял на берегу и с трудом сдерживал слезы. Над маслянистым морем кружили и тревожно кричали птицы. Привлеченные радужным блеском, садились они на воду, и мазут обволакивал их тельце и склеивал перья.
Чаромора подняла перепачканную мазутом полуживую чайку и принялась сдувать с нее маслянистый слой. Капитан сносил к ногам чародейки покрытых мазутом птиц. Их было устрашающе много.
Наконец наступил день, когда все птицы выздоровели и повеселели. Только море по-прежнему тяжело раскачивалось под слоем мазута. — Теперь мы сделаем грабли, — сказала Чаромора.
Она привязала воздушный шар за спину и взлетела над морем. Затем проткнула длинным черенком грабель в дне моря несколько глубоких дыр и стала сгребать в них мазут.
— Все должно знать свое место, — промолвила она. — То, что вышло из земли, должно рано или поздно туда же вернуться.
Долго трудилась Чаромора, но вот, наконец, вода вокруг острова заголубела. Рыбы радостно сновали в чистой воде, чайки садились смело на ее поверхность.
Все было, как прежде, и только Чаромора неузнаваемо изменилась. Она всегда была тощей, теперь же от нее остались и вовсе кожа да кости. Зато море снова прозрачное и птицы живы.
Сердце ее наполнилось тихой радостью, и Чаромора направилась к дому. Грабли она несла на плече, чайка кружилась над ее головой. Глаза на грязном и худом лице Чароморы сняли, как звезды.
Колдунья прислонила грабли к навесу и устало вошла в дом. На плите томился сваренный Труммом обед. Чаромора подняла крышку и заглянула в кастрюлю.
— Ну-ну, — довольно произнесла она, — это как раз то, о чем я мечтаю после всех этих передряг.
А наутро капитан Трумм проснулся позже обычного. Чаромора уже успела побывать у моря, в руках она держала целую охапку цветущего шиповника.
— Взгляни-ка, — сказала она, — уже зацвел шиповник.
— Может, ты хочешь снова плавать по морю? — спросила она Трумма. — Я могла бы сделать тебя молодым, полным сил, если ты этого пожелаешь.
— А ты будешь ждать меня, пока я снова состарюсь? — спросил капитан.
— Нет, — ответила Чаромора. — Я должна оставаться старой волшебницей. Мало ли кому я могу еще понадобиться. А потом, у тебя испортится характер, если ты будешь знать, что в конце жизненного пути тебя ожидает старая ведьма.
— В таком случае и мне не хочется стать молодым, — глубоко вздохнул капитан.
Тогда Чаромора позвала капитана во двор. Там его ждал сюрприз. На солнышке среди цветущих кустов шиповника стояло несколько ульев. Чаромора еще затемно привезла их из-за моря с Большой земли.
— Я давно хотела привезти на остров пчел, — сказала она.— Это ведь такие умные создания, и пчелиный мед — лекарство от девяти недугов. Только вот с ними ужасно много хлопот.
— Вот я и буду этим заниматься,— ответил капитан, и в его голосе послышалось странное облегчение.
— Но для них нужно сеять медоносные растения. Ведь тут на острове их не так много.
— Я сам буду сеять! — воскликнул Трумм. — Вот об этом-то я и мечтаю всю жизнь — растить для пчел медоносные растения. Как же я раньше этого не понял! Ведь вся моя жизнь чуть не прошла напрасно!

Жанр: Детские.

© Украинская студия хроникально-документальных фильмов, 1990.