Далекое и близкое
Нажмите для просмотра

Далекое и близкое

0
(0 голосов)12345

Диафильм, 49 кадров Код для вставки:

189 просмотров Код для liveinternet.ru:

Телешов приехал в город и решил прогуляться по тем самым улицам, которые все эти годы жили в его памяти. Он увидел костёл. Город изменился, а костёл был прежний.
Шла воскресная месса. Раньше, до войны, во время воскресной мессы в костёле было полно народу, а теперь сидело десятка два пожилых людей. Службу вёл отец Антанас. Сколько лет Телешов мечтал встретиться с ним!
Отец Антанас посмотрел на молящихся: «Все одни и те же, старики и старухи. Нет, вон сидит новый…
…Какое у него знакомое лицо: чуть широковатый нос и скулы. Это, конечно, не литовец». – «Как он внимательно смотрит на меня,— подумал Телешов.— Неужели узнал?»
И отец Антанас вспомнил: «Это же Лёня Телешов, Пятрас, как звали мы его тогда. Наконец-то он приехал. Как долго я его ждал».
…В ту первую ночь войны отец Антанас не спал. Он сидел в кресле и прислушивался к отдалённым взрывам. При первом осторожном стуке в дверь он вскочил.
На пороге стоял его сосед — советский генерал Телешов. – «Мой сын ранен, а мы отступаем, и я боюсь за него. Можно оставить его у вас? Он друг вашего племянника, Миколаса».
— «Тебе больно?» — спросил Телешов. – «Нет»,— ответил Лёня. Отец Антанас посмотрел на него, Мальчик говорил неправду: ему было больно и страшно. Все дети одинаковы — и этому тоже страшно, хотя он и сын коммуниста.
— «А если вы не вернётесь, что будет делать ваш сын?» — «Мы вернёмся. А если нет… Он поймёт, что ему делать. Простите, я спешу. Там бой».
Ночью отец Антанас молился: «Матерь божья, я совершил грех, спрятал у себя сына безбожника. Но сейчас война, и дети в этом не виноваты. Не оставляй нас в беде, протяни нам руку помощи».
Резкий звонок прервал его молитву. – «Святая Мария, неужели кто-нибудь узнал про русского. Миколас, Марта, спрячьте Лёню, а я открою дверь».
Вошли три немца. – «Хайль Гитлер! — громко крикнул офицер.— Предварительный осмотр».
— «А там что?» — «Там ванная комната, господин офицер»,— сказала служанка Марта. – «Я думаю, для нас достаточно».
— Мы вам доверяем, господин священник.— Офицер бесцеремонно похлопал по плечу отца Антанаса.— Можете не волноваться! Раньше о вас думал только бог, теперь и фюрер, и бог.
Немцы ушли. Отец Антанас повернулся к распятию: «Благодарю тебя, господи, что ты сохранил нам жизнь».— И не оглядываясь, добавил: «Приведи его, Миколас». – «Дядя, вы не выгоните Лёню?» — «Ты, кажется, слышал, что я тебе приказал?»
— Теперь, Лёня, ты будешь говорить только по-литовски, запомни! Тебя зовут Пятрас. Ты приехал ко мне погостить из Алитуса. Ты сын моей сестры.
— Вот и всё. Теперь никто не узнает в Пятрасе Лёню Телешова. Но выходить тебе нельзя, пока не заживёт рука.
В комнату вошёл Миколас, он посмотрел на Лёню и сказал: «Добрый день». – «Ты не узнал нашего Пятраса? — спросил отец Антанас.— Он, наконец, приехал из Алитуса».
Уже месяц жил Лёня Телешов у священника. И отцу Антанасу казалось, что настало время поговорить с мальчиком о боге. – «Я понимаю, как тебе тяжело, Пятрас. Ты один среди чужих. Вот и укроти свою гордыню. Поговори с господом…
Ну что бы делал я, если бы у меня отняли веру? А Миколас? Господь ведёт нас по жизни, учит терпению, указывает верный путь в трудную минуту. Ну же, преклони колени перед Святой Матерью!» — «Нет!»
— Я не верю в вашего бога. А Миколасу всё подсказываете вы, а не бог. Учитель Слуцкис теперь работает в гестапо, расстреливает людей, а потом ходит в костёл, и вы ему отпускаете грехи.
Отец Антанас тяжело опустился в кресло: «Действительно, учитель Слуцкие убийца, а я отпускаю ему грехи. Этот маленький русский настоящий искуситель. Бог велит не раздумывать над жизнью, а он заставляет Миколаса и даже меня размышлять над несправедливостью мира».
В этот день Лёня впервые вышел на улицу вместе с Миколасом. На улице было пусто. Только вдали, на площади, толпился народ. Мальчики подошли ближе и увидели виселицу. Около виселицы в окружении солдат стоял человек.
— «Смотри, это же Гольдберг, учитель химии»,— сказал Лёня. Было тихо-тихо, только слова гестаповского офицера нарушали тишину. Он читал приказ о том, что еврей Гольдберг приговаривается к смерти, потому что он еврей. – «Идём, Лёня, я не могу смотреть».
— «Когда Гольдберга вели на казнь, я думал: вот сейчас бог поразит фашистов. Но ничего не случилось». – «Потому что, Миколас, нет вашего бога и нечего на него надеяться. Мой отец всегда говорил, что надо бороться, а не ждать».
Отец Антанас уже хотел выйти, закричать на Лёню, выгнать из дому, но у него вдруг пропали слова. Он тихо, чтобы не видели мальчики, отошёл от двери.
В этот день отец Антанас вернулся из костёла поздно. Мальчиков не было дома. Ему стало холодно и одиноко. «Вечные тайны от меня,— думал он.— Пятрас очень уверен в себе. Если бы Миколас так верил в бога».
— «А, наконец-то явились,— обрадовался отец Антанас.— Где вы были?» — «У Марты, дядя. Мы привели Эмильку, дочь учителя химии. Её прятала Марта у себя на чердаке. А теперь там холодно». – «Как ты туда попала, Эмилька?»
— Когда они пришли к нам, папа выпустил меня через чёрный ход и велел бежать к Марте. А сам со мной не пошёл. Боялся, что тогда солдаты погонятся за нами. Сказал, что придёт позже, и почему-то не пришёл…
— «Папа говорил, что вы добрый человек. Я буду вам помогать по хозяйству, штопать носки…» — «У меня к тебе просьба, Эмилька, я выстригу твою седую прядь?» — Он разговаривал с ней и старался не думать о том, что будет дальше.
— «И ещё, дитя моё, запомни хорошенько: тебе нельзя выходить на улицу и даже подходить к окну». – «Я понимаю.— Эмилька качнула головой на тоненькой длинной шейке.— С тех пор как началась война, я ни разу не гуляла».
На следующее утро отец Антанас собрался в костёл. – «Марта, а почему ты перестала ходить в костёл?» — «У меня нет свободного времени, господин священник». – «Для бога всегда должно быть время».
— «Это тебя Пятрас смутил. Но ведь он мальчик и ничего не понимает в жизни. Наоборот, ты должна была учить его понимать бога». – «Когда так много убивают, забываешь о боге. Я пойду, мне надо выкупать девочку».
-А может быть, Пятрас прав? Что если его нет? И я только обманываю людей? Господи, покарай меня за мои сомнения. Что ни придёт в голову в эту великую смуту.
— «Марта, ты не забыла, что у Миколаса сегодня день рождения?» — «Раньше, когда я шла на день рождения, папа всегда покупал мне что-нибудь новенькое. Я очень хочу новые ленты». – «Такие, Эмилька?»
— Ой, Марта, как ты отгадала! Такие красивые!
— «Господин священник, Марта подарила мне новые ленты». – «Красивые ленты, Эмилька. А где же Пятрас? Он заставляет себя ждать».
А Лёня стоял у дома, где он жил раньше. Когда ему было очень тоскливо, он приходил сюда. Вдруг он увидел, что по дороге ведут пленных русских. Один пленный упал, к нему подскочил фашистский солдат и застрелил.
— «Мы тебя еле дождались. Нехорошо опаздывать ко дню рождения. Ты чем-то взволнован?» — «Там русского пленного застрелили, прямо на улице».
— Я не могу так. Я больше не могу ждать. Я ухожу.
На другой день отец Антанас провожал Лёню — мальчик решил перейти линию фронта. Священник шёл и думал, что теперь в его доме всё пойдёт своим чередом, что никто не будет вносить сомнения и тревожить веру в бога у Миколаса, у Марты и даже у него самого.
А потом случилось несчастье: Миколас ушёл на исповедь к отцу Юлиусу…
Машина гестапо приехала ночью. «Почему они всегда приезжают ночью,— подумал отец Антанас.— Ночью так страшно и холодно…»
— «Кто же вас выдал?» — спросил Телешов.— „Юлиус, священник. Миколас рассказал ему про Эмильку». – «Как же ваша вечная формула: верующий да не совершит зла. А тут сам святой отец — предатель. И даже после этого вы вернулись в костёл?»
— Я потерял веру в бога в ту ночь, когда за нами приехали из гестапо. Но старику нелегко зачеркнуть всю свою жизнь…

Жанр: Для среднего школьного возраста.

© Студия «Диафильм», 1963.

Железнов В..
Художник: Сояшников Григорий.
Редактор: Калашникова Г..
Художественный редактор: Миронов В..