Конек-горбунок (Часть 2)
Нажмите для просмотра

Конек-горбунок (Часть 2)

0
(0 голосов)12345

Диафильм, 44 кадра Код для вставки:

258 просмотров Код для liveinternet.ru:

Огонёк горит светлее,
Горбунок бежит скорее.
Вот уж он перед огнём.
Светит поле словно днём;
Чудный свет кругом струится,
Но не греет, не дымится.
— Вот уж есть чему дивиться!
Тут лежит перо Жар-птицы,
Но для счастья своего
Не бери себе его.
Много, много непокою
Принесёт оно с собою.
— Говори ты! Как не так! –
Про себя ворчит дурак.
И, подняв перо Жар-птицы,
Завернул его в тряпицы,
Тряпки в шапку положил
И конька поворотил.
Вот он к братьям приезжает
И на спрос их отвечает:
— Как туда я доскакал,
Пень горелый увидал.
Раздувал его я с час –
Нет ведь, чёрт возьми, угас!
Братья целу ночь не спали,
Над Иваном хохотали.
А Иван под воз присел,
Вплоть до утра прохрапел.
Тут коней они впрягали
И в столицу приезжали,
Становились в конный ряд
Супротив больших палат.
В той столице был обычай:
Коль не скажет городничий –
Ничего не покупать,
Ничего не продавать.
Вот обедня наступает,
Городничий выезжает.
Гости лавки отпирают,
Люд крещёный закликают:
— Эй, честные господа,
К нам пожалуйте сюда!
Как у нас ли тары-бары,
Всяки разные товары!
Между тем градской отряд
Приезжает в конный ряд,
Смотрит — давка от народу,
Нет ни выходу, ни входу.
— Эй! Вы, черти босоноги!
Прочь с дороги! Прочь с дороги!
Закричали усачи
И ударили в бичи.
Тут народ зашевелился,
Шапки снял и расступился.
Пред глазами конный ряд,
Два коня в ряду стоят,
Молодые, вороные,
Вьются гривы золотые,
В мелки кольца завитой
Хвост струится золотой…
Городничий между тем
Наказал престрого всем,
Чтоб коней не покупали,
Не зевали, не кричали,
Что он едет ко двору
Доложить о всём царю.
Царь не мог тут усидеть.
— Надо коней поглядеть, -
Говорит он.— Да не худо
И завесть такое чудо.
Царь умылся, нарядился
И на рынок покатился…
Глаз своих с коней не сводит,
Справа, слева к ним заходит…
— Кто хозяин? — Тут Иван,
Руки в боки, словно пан,
Из-за братьев выступает
И, надувшись, отвечает:
— Эта пара, царь, моя,
И хозяин — тоже я.
— Ну, я пару покупаю!
Продаёшь ты? — Нет, меняю.
— Что в промен берёшь добра?
— Два-пять шапок серебра,
То есть это будет десять. –
Царь тотчас велел отвесить.
Повели коней в конюшни
Десять конюхов седых…
Но дорогой, как на смех,
Кони с ног их сбили всех,
Все уздечки разорвали
И к Ивану прибежали.
Царь отправился назад.
Говорит ему: — Ну, брат.
Пара нашим не даётся:
Делать нечего, придётся
Во дворце тебе служить.
Будешь в золоте ходить.
— Чудно дело! Так и быть,
Стану, царь, тебе служить.
Только, чур, со мной не драться
И давать мне высыпаться.
И пошёл вдоль по столице,
Сам махая рукавицей…
И под песню дурака
Кони пляшут трепака.
А конёк его горбатко
Так и ломится вприсядку.
Наш удалый молодец
Затесался во дворец,
При конюшне царской служит
И нисколько не потужит.
Ест он сладко, спит он столько
Что раздолье, да и только!
Вот неделей через пять
Спальник начал примечать,
Что Иван коней не холит,
И не чистит, и не школит,
Но при всём том два коня
Словно лишь из-под гребня.
Чисто-начисто обмыты,
Гривы в косы перевиты,
Чёлки собраны в пучок.
Шерсть — ну, лоснится, как шелк!
-Что за притча тут такая? –
Спальник думает вздыхая.
В тот же вечер этот спальник,
Прежний конюших начальник,
В стойлы спрятался тайком
И обсыпался овсом.
Он ни жив, ни мёртв лежит,
Сам всё в дырочку глядит,
Ждёт Ивана…
Чу! В сам-деле,
Двери глухо заскрипели,
Кони топнули, и вот
Входит старший коновод.
Дверь задвижкой запирает,
Шапку бережно скидает,
На окно её кладёт
И из шапки той берёт
В три завёрнутый тряпицы
Царский клад — перо Жар-птицы
Свет такой тут заблистал,
Что чуть спальник не вскричал:
— Ладно, завтра ж царь узнает,
Что твой глупый ум скрывает.
Подожди лишь только дня,
Будешь помнить ты меня!
А Иван, совсем не зная,
Что ему беда такая
Угрожает, всё плетёт
Гривы в косы да поёт.
Тут Иван перо Жар-птицы
Завернул опять в тряпицы,
Шапку под ухо — и лёг
У коней близ задних ног.
Только начало зориться,
Спальник начал шевелиться.
Он тихонько вниз слезает
И к Ивану подползает,
Пальцы в шапку запустил,
Хвать перо — и след простыл.
Царь лишь только пробудился,
Спальник наш к нему явился:
— Наш Иван, то всякий знает,
От тебя, отец, скрывает,
Но не злато, не сребро –
Жароптицево перо…
— Да и самую Жар-птицу
Во твою, отец, светлицу,
Если б вздумал приказать,
Похваляется достать. -
И доносчик с этим словом,
Скрючась обручем таловым,
Ко кровати подошёл,
Подал клад — и снова в пол.
Царь смотрел и дивовался,
Гладил бороду, смеялся…
И вскричал (от нетерпенья),
Подтвердив своё веленье
Быстрым взмахом кулака!
— Гей, позвать мне дурака!
И посыльные дворяна
Побежали по Ивана:
— Царь изволил приказать
Нам тебя к нему позвать.
— Царь?.. Ну ладно! Вот сряжуся
И тотчас к нему явлюся.
Вот Иван к царю явился,
Поклонился, подбодрился,
Крякнул дважды и спросил:
— А пошто меня будил?
Царь, пришурясь глазом левым,
Закричал к нему со гневом:
— В силу коего указа
Скрыл от нашего ты глаза
Наше царское добро –
Жароптицево перо?
-Нет пера! Да, слышь, откуда
Мне достать такое чудо?
Царь с кровати тут вскочил
И ларец с пером открыл.
— Это что? А? — Тут Иван
Задрожал, как лист в буран.
— Отпусти вину Ивану,
Я вперёд уж врать не стану. -
И, закутавшись в полу,
Растянулся на полу.
— Ну, для первого случаю
Я вину тебе прощаю, -
Закричал царь.
— Но смотри,
Если ты недели в три
Не достанешь мне Жар-птицу
В нашу царскую светлицу,
Посажу тебя я на кол.
Вон, холоп! — Иван заплакал.

Жанр: Детские, В стихах.

© Студия «Диафильм», 1966.

Ершов Петр.
Сценарий: Чуковский Корней.
Художник: Бродзиловский В..
Редактор: Семибратова Татьяна.
Художественный редактор: Морозов Александр.